A Song of Ice and Fire // Песнь льда и огня
Sophie Turner
Sansa Stark
Санса Старк
Ссылка на заявку: акция недели |
Выдержка из досье
Санса из дома Старк. Она родилась на холодном и суровом Севере, в краю заснеженных лесов и загадочных чардрев. Домом её стал Винтерфелл, древняя и старинный замок. Эддард Старк, лорд Винтерфелла, Хранитель Севера, был ей отцом. Леди Кейтлин Старк, в девичестве Талли, матерью. Робб, Бран и Рикон Старки – братьями, а Арья Старк – младшей сестрой. Ещё был Джон Сноу, которого Санса считала единокровным братом.
Санса хотела быть истинной леди, как её мать. Санса была послушна, вежлива и учтива, и вела себя так, как, в её представлении, должна вести себя истинная леди. Временами Санса, пытаясь соответствовать тому образу, что воздвигла у себя в голове, вела себя чересчур заносчиво и высокомерно. Она гордо сторонилась Джона Сноу, отцовского бастарда; снисходительно относилась к младшей сестре Арье, по мальчишески бойкой и так непохожей на изысканную Сансу.
Санса любила мечтать. Мечты её были красивы, возвышенны и романтичны. Они были полны учтивых и храбрых принцев, великодушных и благородных рыцарей, прекрасных дам и всего остального, чем были богаты так любимые Сансой баллады и песни. И Сансе непременно хотелось стать частью такой баллады, чтобы, подобно прекрасной Джонквиль, быть воспетой сладкоголосыми менестрелями. Конечно, вместе с возлюбленным - храбрым, добрым, милосердным, и невыразимо прекрасным.
Санса любила петь, и пела сладко и нежно, будто птичка. Санса любила вышивать, и стежки у неё всегда получались красивые, ровные, - смотри и любуйся. Санса знала этикет, писала стихи, играла на арфе. И продолжала мечтать жизни, более весёлой, красивой и изысканной, что вела на хмуром, неприветливом Севере.
Так Санса жила тринадцать лет, пока жизнь её, ровная и размеренная, не начала меняться. Сначала отец и братья Сансы нашли мёртвую лютоволчицу, а вместе с ней – её новорожденных лютоволчат. Каждый из детей лорда Эддарда обзавёлся лютоволчонком, и Санса не стала исключением. Она стала хозяйкой маленькой, спокойной волчицы по кличке Леди.
А затем Роберт Баратеон, король Семи Королевств и старый друг лорда Эддарда, почтил своим присутствием Хранителя Севера. Вместе с ним прибыла его семья, и в том числе – Джоффри Баратеон, юный наследный принц. Он, красивый и прекрасный, казался Сансе тем самым прекрасным рыцарем из так обожаемых девочкой баллад. Санса была очарована принцем, и сердце её наполнилось мечтами о том, что она станет женой милого Джоффри, и родит ему чудесных детей.
А король Роберт тем временем предложил Неду Старку стать десницей короля. Тот согласился, и Санса вместе с отцом и Арьей оказались в Королевской Гавани. Если бы не тяжёлая травма Брана, упавшего с башни… Если бы не гибель Леди, несправедливо казнённой по дороге в столицу… Если бы не было этих печальных событий, заставлявших печалиться девочку, Санса была бы абсолютно счастлива.
Ведь девочке казалось, что все её мечты сбылись. Красивая, роскошная, богатая на развлечения жизнь королевского двора восхитила Сансу. Она была влюблена в принца Джоффри, и скоро должна была стать его женой.
Жизнь становилась подобна песне.
Песне, которая завершилась после гибели короля Роберта. Лорд Эддард был схвачен и казнён, Арья пропала, а Санса… Санса узнала, что Королевская Гавань вовсе не сказочное место. В столице пышным цветом цвели интриги, предательства, лицемерие и коварство. Вот она, истинная суть Королевской Гавани, которую девочка разглядела только сейчас.
Истинная суть обитателей столицы, тех людей, от которых зависела жизнь Сансы, тоже оказалась ужасна. Новый король, - её великолепный Джоффри, – оказался чудовищем, монстром в человеческом обличье.
Санса стала заложницей, познала, что значит быть по-настоящему беспомощной и неспособной защититься. Она оказалась игрушкой в руках юного короля, который мог сделать с ней всё, что пожелает. А он и делал: унижал, угрожал и отдавал приказы королевским рыцарям избить девушку. Дочери и сестре мятежников приходилось тщательно контролировать каждый свой шаг, каждое слово. Один неосторожный поступок, и Санса могла повторить судьбу Неда.
Девушка всё ещё оставалась невестой Джоффри, но если в прежнее времена она мечтала о свадьбе, то теперь страшилась её. День, когда и король наденет на неё свадебный плащ и сделает своей женой, ужасал Сансу.
Ей повезло. Невестой Джоффри была объявлена другая девушка, Маргери из дома Тирелл. Вскоре она вместе с семейством прибыла в столицу, и Сансе становится легче. Тиреллы относятся к ней по-доброму, а леди Маргери говорит, что желает стать её подругой. А ещё они хотят выдать девушку за наследника их семьи, Уилласа Тирелла. Санса, поначалу разочарованная тем, что женихом её станет не красавец Лорас Тирелл, проникается идеей стать женой Уилласа. Девушка вновь вспоминает, что значит мечтать. О Хайгардене. О прекрасной, спокойной жизни, что будет ждать там девушку. О детях, которых она назовёт в честь тех, кого потеряла.
Но львы слишком крепко держали в когтях маленькую пташку, и не желали её отпускать.
Санса выходит замуж. Но не за Уилласа, нет. А за Тириона Ланнистера, дядю короля. Новость о браке с одним из Ланнистеров огорошила Сансу, и, как не хотела девушка становиться супругой карлика, а всё же была вынуждена пойти с ним под венец. Но, несмотря на все внешние недостатки Тириона, которые Санса видела прекрасно, она понимала, что он, гораздо, гораздо лучше Джоффри. Тирион хорошо к ней относится, и Санса от всего сердца была благодарна ему как за заботу и защиту, так и за то, что тот не стал консумировать брак. Но полюбить Тириона Санса так и не смогла.
В жизнь Сансы, и так полную печали, вновь приходит горе. Сначала до девушки доносятся вести, что Бран и Рикон мертвы, жестоко и подло убиты Теоном Грейджоем. А потом она узнаёт о Красной Свадьбе, узнаёт о гибели матери и Роба. Новости эти для Сансы всё равно что нож, загнанный в самое сердце – так больно, что сложно дышать.
Свадьба Джоффри и Маргери заканчивается гибелью ненавистного короля, и во время суматохи Санса сбегает из ненавистной Королевской Гавани. Благодаря Мизинцу она оказывается в Долине, где находит убежище у Лизы Аррен, родной сестры леди Кейтлин. Санса живёт под именем Алейны Стоун, скрывает осеннюю рыжину волос и известна большинству окружающих как внебрачная дочь Мизинца. Не находит девушка в доме тётки ни родственного тепла, ни понимания, ни участия. Лиза Аррен, охваченная ревностью к Бейлишу, пытается убить племянницу, но сама находит свою смерть от рук Петира Бейлиша.
Но спокойствия девушке увидеть не довелось. Мизинец устраивает брак девушки с Рамси Болтоном, наследником нового Хранителя Севера. Брак с сыном человека, что помогал убить её брата и мать девушке кажется жестокой, страшной насмешкой. Санса, впервые за долгое время, вновь оказывается в Винтерфелле. Но родной замок уже не тот, что прежде, и люди в нём – не те. Эти люди страшны и опасны, и новый муж Сансы худший из них всех.
Санса, сбежав из лап одного жестокого садиста, попадает к другому, такому же ужасному, как и Джоффри. А может, даже и хуже. Каждая ночь становится для северянки страшным испытанием, ведь ночь - это время Рамси. Он приходит к новой своей жене, и каждый его приход подобен пытке. Болтон бьёт Сансу. Болтон её насилует. Сансе хочется умереть, но она вынуждена вновь и вновь делить ложе с бывшим дредфордским ублюдком.
И Санса не выдерживает подобной жизни. Муж её занят битвой со Станнисом Баратеоном, и девушка понимает – пора уходить, срочно убираться прочь отсюда… Вместе с Теоном Грейджоем она бежит прочь из замка, прыгая с окружающей Винтерфелл стены. Санса держит путь на север, на самую Стену, в Ночной Дозор. Она знает, что там, в Чёрном Замке, живёт Джон Сноу, лорд-командующий Ночного Дозора.
Джон – то немногое, что осталось от её большой когда-то семьи.
Встреча Джона и Сансы радостна, и вместе с тем грустна. Как давно они не виделись, и сколько всего успели пережить. Санса понимает, что когда-то очень плохо вела себя с Джоном, и искренне жалеет о том, какой была глупой, что так относилась к брату. Жаль, что понять это она смогла только после стольких лет. Жаль, чтобы понять это, Сансе пришлось пережить столь многое. Но Санса вновь, впервые за долгое время, начинает чувствовать, что она не одна.
Вести, что приходят из Винтерфелла, тревожны – маленький Рикон в плену у Рамси. Стоило бы радоваться, что младший брат жив, но Сансе не до радости. Ей известно, что Рикон слишком опасен для Болтона. Она знает, как Рамси поступает с теми, кто представляет угрозу. Как не горько Сансе осознавать это, девушка знает, что Рикон обречён.
Джон и Санса собирают армию, которая, благодаря помощи рыцарей из Долины, одерживает победу над армией Болтона в Битве Бастардов. Дорогая цена заплачена за Винтерфелл – гибнет множество людей, и в том числе Рикон Старк. Как Санса хотела бы ошибаться, как крепко обнять младшего братишку…
Санса щедро отплатила убийце младшего брата, натравив на Рамси его собственных псов. О, какое невыразимое наслаждение испытывала Санса, когда смотрела, как те терзают ненавистное лицо человека, причинившего столько страданий ей, её семье и Северу.
Теперь, когда над Винтерфеллом вновь взвились знамёна дома Старк, Санса почувствовала, что она по-настоящему вернулась домой.
Дополнительно:
- За всё время, проведённое в Королевской Гавани, научилась хорошо лгать и притворяться. Умеет при необходимости скрывать свои истинные чувства, пряча их под вежливой улыбкой и непроницаемым лицом. Вежливая и учтивая, как и положено настоящей леди. Наблюдательная и проницательная, дипломатичная. Довольно упряма, временами может быть излишне заносчивой и высокомерной. Обладает развитым чувством долга.
- Грамотна, умеет считать, знакома с историей и географией Вестероса и Эссоса.
- Знакома с этикетом, легко поддержит светскую беседу.
- Обладательница прекрасного чувства вкуса.
- Хорошо шьёт и вышивает.
- Музыкальна. Танцует, прекрасно поёт. Умеет играет на арфе и колокольчиках, в детстве писала стихи.
- Варг, хотя пока способности никак не проявлялись.
Связь:
Это случилось опять.
Сначала закружилась голова. Затем пол покачнулся, поплыл из под ног, уподобившись палубе корабля в бурный, неистовый шторм. Взволнованные, обеспокоенные лица фрейлин слились в мутную, размытую линию - она, шумная, обеспокоенно шелестящая мягким гулом юных девичьих голосов, завращалась перед глазами. Сначала медленно. Потом – всё быстрее, потом – все стремительнее.
Стой! Орианне захотелось крикнуть, приказывая, подпуская в мелодичный голос те нотки властности, что звучали так часто в голосе Гавейна, матушки и покойного отца. Будто подражание старшим родственникам может что-нибудь изменить, будто прояснится все перед глазами, размытая линия вновь распадётся на отдельные лица, а в какофонии режущего, бьющего по ушам шума и гвалта встревоженных девушек начнет различать Орианна отдельные голоса.
Нет. Нет, нет, нет!
Осознать, что должно неприменно последовать дальше, принцесса успела. Но что ей с того осознания? Не помешать ему, не воспротивиться. Покачнулась принцесса. Глаза закатила. Обмякла на руках фрейлин, что успели ее придержать, подхватить – уже привычно (уже не в первый раз).
Оно приходило вновь.
Из алого марева проступает, медленно, штрих за штрихом прорисовываясь, картина.
Мягким светом, струящимся из высоких стрельчатых окон, залит широкий дворцовый коридор. Тянется, закручиваясь спиралью, длинная лестница. Ступени на ней – крутые, высокие. На гобелене старинном, раскрашенным в цвета мягкой охры, уже порядком выцвели нити. Но всё так же кротко и печально юная дева с венком из луговых цветов, что короной венчает её волосы, взирает на вышедшего из лесу единорога. А мимо девушки вытканной пробегает девушка другая, из плоти уже, из крови.
Орианна стоит так, что не видите её лица. Но всё равно она узнаёт её: по платью, по движениям, по походке и собранным в причёску светлым волосам. Девушка добегает до лестницы… и спотыкается. Успевает вскрикнуть, а затем.. Падает на ступеньки, и катится, катится, катится…
Замирая у подножья лестницы.
Картина уходит – на её месте вспыхивает другая.
Всё та же девушка. Но не сверху, с вершины лестницы, наблюдает за ней теперь Орианна. Нет. Теперь она близко, совсем рядом, смотрит на вывернутую под неестественным углом шею, на лужу крови, на искажённое лицо, на широко раскрытые, стекленеющее, мёртвые глаза…
Леденящим ужасом окатывает Орианну. Она знает это лицо. Она знает эти глаза.
Селеста!
- Ваше высочество, очнитесь, ваше высочество, - доносится до Орианны. Видение ушло, отступило, уступив место действительности. Перед глазами прояснялось, неясный шум вновь превращается в отдельные, легко узнаваемые, голоса. – Ваше высочество! – это Жанна, всего несколько месяцев как прибывшая ко двору. - Вы очнулись, ваше высочество! Осторожно, осторожно, да-да, вот так. Слуги уже посланы за лекарями.
Орианне не дали упасть, успели подхватить под руки, усадить на один из пуфов, расположившихся по краю стены. Рядом уже оказалась парочка придворных, успевшая придать своим лицам обеспокоенный вид. Принцесса пыталась отмахнуться от окруживших её людей, но пока безуспешно.
- Где Селеста? – задала Орианна вопрос охрипшим голосом. Она переводит ошеломлённый, наполненный страхом взгляд с одной фрейлины на другую, с судорожной требовательностью вглядывается в лица собравшейся вокруг принцессы толпы. Со страхом понимает, что не видит Селесту.
Девушки нет рядом с ними.
- Не знаем, ваше высочество, - оглянувшись вокруг, Жанна пожимает плечами, - Я её не так давно видела. Кажется, рядом с тем крылом дворца, где разместили её высочество принцессу Генриетту, - как давно они проходили там? Орианне казалось - целую вечную назад, но на самом деле прошло куда меньше часа.
Вот в чём ужас: Орианна помнила и лестницу ту, и гобелен.
Вот в чём ужас: они были неподалёку от покоев дасвордской принцессы.
- Отойдите от меня, – молоточками стучит в висках головная боль, идёт носом кровь, неотвратимо пачкая алыми каплями золото платья. Безнадёжно испорчена дорогая парча, что руками лучших мастериц королевства превращена в прекрасный наряд.
Я должна найти Селесту. Пока не поздно.
Орианна затихла, замолчала. А затем… рванула прочь, подальше от навязчивой заботы фрейлин, к тем комнатам, где обитала принцесса Генриетта. Свита, потерявшая бдительность, заохала, заахала, поспешила за принцессой. Ужас заползал к Орианне под кожу, гнал её вперёд, не давая оглядываться – поспевает ли за девушкой её фрейлины?
Кружилась голова. Из носа продолжала идти кровь. Орианна пошатнулась, покачнулась. Затем выровнялась, упрямо стиснув зубы.
Ярмарочной каруселью мелькали коридоры, по которым запыхавшаяся проносилась принцесса.
Я должна успеть.
Лучи света вокруг точь-в-точь как страшном видении. Тот же коридор. Та же лестница. И девушка виднеется вдали.
Пока ещё живая.
